(no subject)
Oct. 7th, 2022 07:04 pm Вот я не понимаю, чем те, кто стыдливо скрывал (или не знал о существовании) дедушку-еврея, отличаются от беженцев из Украины или убегающих от мобилизации ребят из России. И те и другии не ощущают связи с еврейской общиной, историей. Давали бы уж всем статус беженца на год с опцией на продление. Я не говорю о семьях евреев.
no subject
Date: 2022-10-07 08:54 pm (UTC)– Я сам из Варшавы, – смеялся он, – и, видите, еще кое-что помню. – Люди обступили его со всех сторон.
– Не подходить! Близко не подходить! – он брезгливо отстранился и вынул блестящий портсигар, к которому немедленно приковались глаза грязных, измученных дорогой людей. – Чем занимался? – Чем занимался? – показывал пальцем то на одного, то на другого, и на все ответы только кивал головой и приговаривал:
– На лесоповал! На лесоповал!
Какой– то сморщенный старичок сказал ему, что торговал в Польше всякими пряностями, перцем, уксусом. -Перец! Уксус! – захохотал человек с портсигаром. – Здесь тебе, дедушка, и без перца горько будет! – Он смеялся, но глаза его смотрели без улыбки и пристально – глаза приемщика товара или таксатора в ломбарде.
Это был Левинсон – майор Госбезопасности, человек, стоявший во главе «лагерей ББК», то есть лагерей в зоне Балтийско-Беломорского Канала, с центром в Медвежегорске. Мы находились в Карело-Финской Республике, на северной оконечности Онеги, озера поверхностью в 10.000 кв. километров. Отсюда до Белого Моря располагались ИТЛ – исправительно-трудовые лагеря НКВД – сотни лагерей, подчиненных Левинсону. Этот человек имел под своей властью около полумиллиона государственных рабов. Но мы этого не знали. Мы настолько не имели понятия о том, что нас ждет, что задавали наивные вопросы доброму дяде на станции Медвежегорск:
– А что, пустят нас теперь в город вольно?
– Нет, – улыбнулся Левинсон, – как же можно пустить вас вольно? Ведь вы заключённые.
И тут мы узнали впервые, что мы «заключенные», но еще не понимали, что это значит.
no subject
Date: 2022-10-07 09:06 pm (UTC)no subject
Date: 2022-10-07 09:34 pm (UTC)А правильньій ответ - да ничем они не отличаются. Просто зачем ссорится с товарищем начальником? Разве можно из-за вот єтих вот терять такое хлебное место в ББК?
...
Мне оставалось еще свыше года до конца срока. Из первой "амнистии" для поляков меня ислючили под невероятным предлогом, что я - "лицо непольской национальности" (попросту - польский еврей). А теперь предлагали Санчасти в Круглице немедленно проверить мою пригодность для службы в рядах польской армии. Я не удивлялся. Это был "новый курс". Я был счастлив. Меня и других 3 поляков повели в продкаптерку, где стояли большие весы, на которых Крамер отвешивал продукты. Там установили мой вес: 30 мая 44 года я весил ровно 45 кило против 80, которые я весил до лагеря.
no subject
Date: 2022-10-08 02:40 am (UTC)